Бердичев Ленд - сайт свободного общения. Новости, доска объявлений, знакомства, каталог предприятий, работа, чат, форум, фотогаллерея.

Интересным феноменом являлся распространенный здесь хасидизм. В конце ХvШ-го - начале ХiХ-го ст. Бердичев был одним из главных центров его, особенно, когда здесь жил цадик Лейви-Ицхок Бердичевский. Став важным торгово-промышленным центром правобережья Украины, Бердичев одновременно оставался еврейским местечком с остатками средневековых общинно-патриархальных отношении.

Недаром Бердичев считают одним из прообразов литературной Касриловки Шолом-Алейхема. Но наряду с общинно-патриархальным здесь развивалось светское образование, наряду с хедерами были гимназии, рядом с синагогами - театры, наряду с раввинами - еврейская интеллигенция (врачи, адвокаты, педагоги и др.), зачастую получившие образование за границей. Город состоял из нескольких частей.

Основными были так называемые “Старый город” и “Новый город”. Кроме того, выделялась “Та сторона реки”, где жило меньше евреев, и окраина “Старого города” -“Пески”, где жили евреи-ремесленники и люмпены. В “Старом городе”, населенном в основном мелкими торговцами, ремесленниками, религиозными деятелями, больше ощущалось религиозно-хасидское влияние. Здесь находились клер (разновидность синагоги) цадика Лейви-Ицхока, “Большая старая синагога”, множество синагог по специальностям ремесленников и другим признакам прихожан, а также начальные религиозные школы-хедеры.

Общеупотребляемым языком здесь был оригинальный, сочный, красочный идиш, обогащенный украинскими и польскими элементами, которые привносило окружающее нееврейское население, в частности, сельские жители, с которыми евреи общались на ярмарках. В “Новом городе” жили преимущественно купцы, промышленники, интеллигенция.

Кроме шикарных хоральной и новогородской синагог, здесь находились театр, коммерческое училище, несколько гимназий. Здесь старались говорить по-русски, что тогда означало “по-интеллигентному”. Овладевая русским языком, здешние евреи делали шаг в “большой мир”. Этот русский язык “нуворишей” остроумно обрисовал своим острым пером Шолом-Алейхем. Здесь, в отличие от “Старого города” и “Песков”, в основном застроенных небольшими одноэтажными глинобитными домиками, стояли богатые кирпичные особняки, где жили купцы, промышленники, врачи, адвокаты, разбогатевшие ремесленники, учителя гимназий. На стыке Старого и Нового города, на гористом правом берегу речки Гнилопять, располагался район под названием “Качановка”, где по свидетельству старожилов, когда-то жил классик, “дедушка” литературы на идиш Менделе-Мойхер Сфорим. На Качановке, как в Старом городе и Песках, разговорным языком был идиш.

Следует заметить, что многие неевреи города понимали идиш и даже говорили на нем. В меньшем по численности нееврейском населении Бердичева, кроме украинцев, значительное место занимали поляки. На главной улице Нового города стоял католический костел, знаменитый тем, что в нем венчался Оноре де Бальзак с графиней Ганской.

На Кармелитской улице в старой крепости, стена которой с амбразурами возвышалась над рекой, размещался монастырь “Босых кармелитов”. На Церковной площади, на улице Никольской, за рекой стояли православные церкви, звон колоколов которых доносился и до еврейских синагог Бердичева.

Таково было своеобразное окружение бердичевского “штетл”: с одной стороны - “просвещенные” евреи Нового города, стремившиеся войти в русскую коммерческую и культурную жизнь, с другой -православное и католическое население, жившее рядом с еврейским большинством города. В этих условиях идиш являлся тем фундаментом, на котором зиждилась жизнь большинства бердичевских евреев.

Из разговорного идиша черпали и обогащали его классики литературы. Многокрасочные толпы евреев на Песках, в Старом городе, на Качановке разговаривали, шутили, торговались, шумели, смеялись и плакали на идиш. Это происходило во дворах, на улицах, на базаре (“ятках”), в мастерских ремесленников, в магазинах и лавках. А вечерами, особенно зимой, прислонившись к печке в синагоге, евреи рассказывали о цадиках и хасидах, о мудрецах и шутниках, о волшебниках, волшебстве и талисманах - всё на идиш. Надо отметить, что идиш был также достоянием некоторой части бердичевской еврейской интеллигенции. Здесь читали книги и газеты на идиш, уже выходившие в России в xix ст.

Имеются архивные материалы, подтверждающие связи деятелей еврейской культуры с Бердичевом. Фотографии 1900-1901 гг. свидетельствуют об участии Шолом-Алейхема, Марка Варшавского и других известных лиц в проводившихся в Бердичеве собраниях, в частности, в “Большой новогородской” синагоге. Сохранились комплекты дореволюционных газет, издававшихся на идиш, в частности, читавшейся во многих семьях Бердичева, газеты “Дос юдише фолксблат” (“Еврейский народный листок”) за 1887-1889 гг. (она издавалась в Петербурге и там впервые были опубликованы фельетоны молодого Шолом-Алейхема). Положение еврейского населения Бердичева при советской власти в межвоенный период, когда повсюду разрушался традиционный образ жизни, - это предмет отдельного разговора.

Нам хотелось бы только отметить то особое положение в культурной жизни еврейского населения Бердичева, которое занял идиш в первые примерно 15-17 лет этого периода (примерно до второй половины 30-х гг.). Здесь мы встречаемся с явлением, характерным для всех районов более или менее компактного проживания евреев в СССР. Речь идет в первую очередь об общедоступном школьном образовании на языке идиш, о широком развитии литературы на идиш, в особенности поэзии, о создании сети центральных и местных газет на этом языке, о становлении профессиональных театров и даже создании отдельных судебных коллегий на идиш. Нельзя не упомянуть и организацию высшего педагогического образования для подготовки учителей по разным предметам и исследовательских центров еврейской истории и культуры - всё на идиш. Однако всё это делалось одновременно" с жестоким преследованием за религиозную деятельность, что сопровождалось запретом образования и культурной деятельности на языке библии - “лошен койдеш”.

Всё это не могло не отразиться на жизни такого города, как Бердичев. Здесь была создана сеть начальных, семиклассных и полных средних школ, в том числе и техникумов, на идиш, выходила местная газета на этом языке, в город приезжали еврейские театры и концертные бригады (чтецы, музыканты, певцы и др.), в том числе и специально для детей и юношества, действовали клубы и художественная самодеятельность, в одной из типографий печатались книги и учебники на идиш.

При городской библиотеке, имеющей богатый фонд литературы на идиш, действовал литературный кружок, в котором встречались учителя и ученики еврейских школ, журналисты, любители литературы разных возрастов. Был среди них и брат Шолом-Алейхема Вевик, по основной профессии - печатник, написавший и издавший тогда книгу “Мой брат Шолом-Алейхем”.

Часто приезжали писавшие на идиш писатели и поэты, среди них - бывшие земляки бердичевцев (Абрам Каган, Мотл Гарцман, Абрам Гонтар, Иосиф Котляр). Но к концу 30-х гг. школы фактически прекратили свою деятельность на идиш, и к началу войны культурная деятельность на этом языке в Бердичеве угасла. Что произошло потом - хорошо известно. Катастрофа, постигшая наш народ, смела с лица земли и еврейский Бердичев, как и другие еврейские поселения. После войны, правда, несколько оживилась еврейская религиозная жизнь среди вернувшихся из эвакуации и с фронтов бердичевских евреев. Однако обстоятельства, государственный антисемитизм, отток людей молодого и среднего возраста в другие города, эмиграция последних лет не могли не привести к опустошению еврейского Бердичева, где самыми “людными” местами остаются сегодня братские могилы и кладбища с полуразвалившимися надгробиями, среди которых и могила знаменитого цадика...

И, наконец, в дополнение к изложенному, привожу небольшое эссе-воспоминание, посвященное исчезнувшей традиционной еврейской жизни “штетл” Бердичева, ее символике. С тех пор как человек стал познавать себя и окружающий мир, его жизнь наполнялась символами, которые играли и играют различную, иногда решающую роль, как в повседневной материальной жизни, так и особенно в моменты духовного подъема.