Бердичев Ленд - сайт свободного общения. Новости, доска объявлений, знакомства, каталог предприятий, работа, чат, форум, фотогаллерея.

Осужденные Юрий Лукьяненко (слева) и Дмитрий Пух в случившемся обвиняют руководство армии (фото: Елена ТАЛАЕВА)

Приговор сержантам-убийцам зачитали 9 августа в житомирском Доме офицеров. За столом, где обычно на торжественных собраниях президиум, — суд. Посреди зала за низким металлическим ограждением сидят подсудимые. Пух исподлобья смотрит на судью, Лукьяненко — на свою мать. Екатерина Рыбка в черном платке постоянно плачет, просит, чтобы не фотографировали.

— К нам подходила мама Лукьяненко, — рассказывает Рыбка. — Сказала: ”Примите наши соболезнования”. А родные Пуха и не появлялись.

В зале несколько десятков солдат-десантников. Их специально привезли на суд из 95-й отдельной аэромобильной бригады, расположенной в Житомире.

Приговор подсудимые воспринимают спокойно. Дмитрий Пух с горечью говорит журналистам: ”Рыба гниет с головы. Это я в целом об армии...”

Александр Рыбка призывался в армию прошлой осенью из Бердичева Житомирской области. Отслужил 20 дней.

”Когда вы меня заберете домой, куда-нибудь, чтобы не тута? Заложите деньги, я потом отдам, когда приеду. Здесь я оставаться не хочу. Постарайтесь сделать хоть что-нибудь” — так Сашко написал в письме к матери. Через 10 дней его забили ногами сержанты учебного центра ”Десна”.

В ночь после присяги с 26 на 27 ноября солдата Рыбку разбудил младший сержант Пух. Велел рядовому взять 50 грн и идти за ним. Александр сказал сержанту, что мать оставила только 70 грн, а ему еще нужно заплатить за фотоальбом с присяги. Однако деньги с собой взял.

— Сержанты собрали той ночью 330 гривен и должны были отдать их офицеру как подарок. Следователи утверждают, что солдаты собирали деньги на свои собственные нужды. Но это не так, — объясняет поведение Дмитрия один из родственников погибшего.

Пух завел Рыбку в спортзал, где был Лукьяненко. Александр отдал тому деньги. Тогда сержанты по команде ”Заряжай!” вынудили солдата присесть и поднять руки со скрещенными ладонями, которыми нужно было прикрыть лоб. Потом Пух коленом правой ноги ударил Рыбку в ладони. Тот упал. Ему приказали подняться. Саша хотел пойти в казарму, но Дмитрий крикнул ему: ”Куда, свинья!” Парень вернулся. Сержанты опять заставили его присесть и поднять руки. Несколько раз ”деды” по очереди пинали новобранца ногами в грудь и живот. Пух был в тяжелых солдатских сапогах, потому что как раз дежурил по части.

Александр Рыбка за год до смерти

Вернувшись в казарме, Рыбка сказал друзьям, что чувствует себя плохо. В шесть утра его доставили в медчасть в состоянии клинической смерти. В сознание солдат так и не пришел. Судебно-медицинские эксперты признали, что парень умер от разрыва печени и внутреннего кровотечения.

— Мы приносили присягу в один день с ребятами из ”Десны”, — вспоминает 18-летний десантник Иван Сокотун, взвод которого привезли на суд. — После того как газеты написали, что в учебке сержанты забили ногами солдата, мне позвонила мама. Плакала, говорила, может, и меня бьют... Я ее успокоил.

По словам десантника, после того события в ”Десне” у них в бригаде новобранцы живут в отдельной казарме. Чтобы не допустить дедовщины в армии.

— Повезло молодым, они у нас теперь жизни не видели, — смеется Иван.

Подходят другие солдаты, шутят, просят сфотографировать. О подсудимых говорят сочувственно: ”Они же не нарочно...”

— Мы вот тоже такое прошли, но выжили, — улыбается Сокотун. Но его тут же исправляют коллеги:

— Нет-нет. У нас в части не бьют.

Судья Анатолий Добровольский отмечает, что Юрий Лукьяненко получил меньший срок заключения, потому что раскаялся и сотрудничал со следствием.

— Я буду подавать апелляционную жалобу на ваше решение, — подошла к судье по окончании заседания иметь Лукьяненко. Тот советует женщине обратиться к адвокатам.

— Как человек и гражданин, а не судья, дал бы сержантам больший срок — говорит Добровольский.

Судья объясняет, почему срок заключения невелик: осуждены ребята не за убийство, а за ”нанесение тяжелых побоев, ставших причиной смерти”.

— Прокурор требовал соответственно 6 и 8 лет тюрьмы, однако суд должен быть гуманным, поэтому мы уменьшили срок заключения, — комментирует свое решение Добровольский.

Говорить с ” ГПУ” и назваться мать Лукьяненко отказалась. На вопрос, считает ли она, что пять лет тюрьмы за убийство человека — это много, говорит:

— Когда вы будете в таком положении, как я, тогда мы поговорим.

После завершения суда пошел проливной дождь.

— Даже небо плачет, потому что не может смириться с такой несправедливостью, — рыдает мать погибшего Екатерина Риыбка. — Пять лет за убийство человека, как же так?

Командиров части, где служил Александр, уволили со службы и лишили воинских званий.